Тел.: 8-926-290-27-30
ICQ: 92473347
По какому принципу вы выбираете себе геодезическую фирму?
Всего: 4081 голос

2.1 Особенности развития геодезических работ в России в XIX в.

 

 В девятнадцатом столетии на развитие геодезических работ оказывали влияние как общие эволюционные и народнохозяйственные тенденции, истоки которых для начального периода находились в XYIII в. (генеральное межевание, географическое освоение отдаленных и малоизученных районов и др.), так и причины, порожденные в XIX в. 

Девятнадцатый век в России знаменателен выдающимися событиями, определявшими ее социально–экономическое, научное, техническое и культурное развитие. Эти события и связанные с ними последствия, несомненно сказывались и на геодезии, а подчас взаимодействие было обоюдным. Геодезия, как отрасль знания этого времени, находилась на передовых рубежах истории развития нашего отечества.

Ключевые для России даты, годы: 1812, 1825, 1830  1860, 1854, 1860. С ними связаны события, потрясавшие Россию или преображавшие в ней что–либо важное. Можно исторические глобальные события дифференцировать по таким сферам как военная, экономическая (промышленная), техническая и научная, социальная. Одно из наиболее решающих прямых и косвенных влияний в целом на геодезию оказывали, как и в XYIII в., военные компании.

На границе XYIII и XIX вв. и в начале XIX  в. происходили широкомасштабные и длительные войны, в результате которых было в полной мере оценено значение топографической карты. Географический департамент, ведавший на протяжении значительного времени астрономо–геодезическими, топографическими и картографическими работами, к концу XYIII  в. утрачивает свою централизующую и организующую значимость. В 1800 г. он присоединяется к Депо карт, учрежденному еще в 1797 г. В свою очередь, Депо карт уже в 1812 г. переименовывается в Военно–топографическое депо, которое в 1816 г. было передано в ведение Главного штаба. Военно–топографическое депо в дальнейшем именовалось частью, отделом, а затем управлением.

Начало организации военно–топографической службы в России связывают с учреждением Генерального штаба в 1763 г., которому к концу XYIII  в. приходилось руководить действиями многочисленных и маневренных армий. Кстати, Главный штаб в 1796 г. был реорганизован в квартирмейстерскую часть армии, но в 1815 г. был вновь восстановлен. К началу XIX  в. успех планируемых и проводимых военных операций в значительной степени стал зависеть от наличия точных карт. Поэтому военно–топографическая служба с течением времени приобретает все большее значение.

Отечественная война 1812 г., завершение войны с Францией, освобождение Европы, взятие Парижа, совместные компании всех европейских армий против Наполеона, завершившиеся битвой при Ватерлоо, оказали многостороннее влияние на Россию, вначале непосредственно на армию, а косвенно  на все стороны ее социальной, культурной и экономической жизни.

Близкое знакомство с устройством французской и европейских армий, организацией геодезической службы в них, анализ причин успехов и неудач крупных военных операций и компаний конца XYIII  в. и начала XIX  в. привели к реорганизации военной сферы в России. В результате геодезическая служба стала занимать одно из ключевых мест как в сфере подготовки военных кадров, так и в структуре армии. По крайней мере, в высшем и главном звене армии, Генеральном штабе, организация и осуществление топографических и геодезических работ, подготовка геодезических кадров занимали значительное место. Так по инициативе начальника Генерального штаба П.М.Волконского был организован корпус военных топографов; при его участии функционировала школа колонновожатых, поставлявшая военных геодезистов для Генерального штаба и квартирмейстерской части. Воины первых десятилетий XIX  в. явились причиной пересмотра отношения к роли топографических карт в военных действиях, а также причиной энергичного развертывания с 1816—1820 гг. по всей Европе, включая Россию, топографических съемок и градусных измерений.

 В 1822 г. при Главном штабе создается корпус военных топографов (КВТ) и в этом же году организуется военно–топографическое училище. Вклад КВТ в развитие геодезических, топографических и картографических работ в России до 1917 г. трудно переоценить. За первые 50 лет существования корпуса он провел обширные триангуляционные работы и топографические съемки европейской России и Кавказа и на их основе создал знаменитую трехверстную карту западных и центральных губерний, состоявшую более чем из 500 листов; издал, начиная с 1845 г., пятиверстную карту Кавказа, десятиверстную карту европейской России (1:420000) на 152 листах, законченную в 1871 г. После первых 50 лет и до 1917 г. съемки велись уже в Средней Азии, Восточной Сибири, на Дальнем Востоке и в западных приграничных районах. Кроме этого, КВТ выполнял и ряд других важных работ.

Как по объему, так и по качеству выполненные работы достойны самой высокой оценки. Все крупные организационные, научные и производственные мероприятия и программы в сфере различных геодезических работ в стране осуществлялись, как правило, при участии КВТ.

 В течение всего столетия вспыхивавшие войны вносили в обязательном порядке определенные коррективы или в области подготовки офицеров геодезического профиля и соответственно в программы училищ, кадетских корпусов и Академии, или в структуру армии, или в объемы топографических съемок и т.п. Каждый раз усиливалось внимание к геодезическим службам и связанным с ними вопросами. В 1832 г. учреждается Генеральная Академия с кафедрой геодезии; в 1854 г. при Академии организуется геодезическое отделение; открывается военно–топографический отдел (ВТО) при штабе отдельного Кавказского корпуса; в 1855 г. создается фотографическое отделение при ВТО Главного штаба; в 60–х годах создаются ВТО при штабах военных округов: Оренбургском, Туркестанском, Западно и Восточно–Сибирском. Кстати, с 1855г в России начинается общественный подъем, выразившийся в «Эре реформ», продолжавшийся 10—15 лет.

 В 30—60–х годах в России происходит промышленный переворот (в Европе он приходится на конец XYIII  в.  1–ую половину XIX  в.). С этим периодом соотносится оформление геодезии Нового времени (А.П.Болотов), прикладной геодезии (А.П.Болотов, А.Леве); организация инженерных институтов с геодезическими кафедрами.

Примечание. Артиллерийские и инженерные школы были в Москве и Петербурге. Инженерная и артиллерийская школы с 1758 г. стали сословными (шляхетскими). С 1762 г. эти школы преобразованы в один Артиллерийский и Инженерный шляхетский кадетский корпус.

*) Из 8 учеников в 1740 г. четверо готовились по математике и астрономии «дабы они могли впредь быть геодезистами»; в 1741 г.  из 17 студентов 8 числилось на астрономии и на составлении карт и «при Камчатской экспедиции».

Немаловажным фактором, оказавшим существенное влияние на интенсификацию геодезических работ, была ликвидация крепостного права и бурное развитие промышленности, начиная с 60–х годов. Строительство железных дорог, поиски и разработки месторождений, развитие водного, морского и наземного транспорта, изменения в областях землепользования (необходимость в новом межевании)  все это и многое другое требовало выполнения систематических геодезических, топографических и картографических работ.

Геодезические работы, кроме Военного и Межевого ведомств (последнее продолжало межевание в 1–й половине XIX  в.), осуществляли Морское ведомство, ведомство Путей Сообщения, Лесной и Горный департаменты, Министерство государственных имуществ, Министерство Земледелия, Русское географическое общество. В конце этого периода активизируется частная геодезическая деятельность (в области съемки городов и др.).

Наиболее высокое качество имели работы, выполнявшиеся военным ведомством. За военным ведомством по качеству картографического материала шло Морское, осуществлявшее различные гидрографические работы. Причем в начале столетия этими работами занимался Адмиралтейств  департамент, а с 1827 г. Управление генерал–гидрографа. Непосредственно съемочные работы и издание карт выполняло входившее в него Гидрографическое управление. В результате обширных съемок в бассейнах Балтийского, Белого, Каспийского и Черного морей и Северного Ледовитого океана были составлены подробные карты их побережий, бухт, гаваней, устьев рек и получены данные о глубинах в прибрежных частях морей.

Значительные объемы геодезических работ выполняло ведомство путей сообщения, особенно в последней четверти XIX  в., когда происходило бурное строительство железных дорог (до 1860 г. было проложено около 1000 километров железных дорог, а к концу столетия их протяженность достигала почти 40 тысяч км.).

Большие объемы работ выполнялись Департаментом государственных имуществ, преобразованным в 1837 г. в Министерство. В Департамент земледелия этого министерства входили корпус лесничих и корпус гражданских топографов, переименованный впоследствии в корпус межевщиков, выполнявший межевание по всей территории России.

 В истории геодезии в России в XIX в. значительное место принадлежит Пулковской обсерватории, открытой в 1839 г. В ее уставе, обновленном только в 1862 г., были сформулированы задачи, связанные не только с практической и теоретической астрономией, но и организацией крупнейших географических и геодезических мероприятий, а также высшей подготовки военных и гражданских геодезистов. Так, например, к 1864 г. прошли курс двухгодичной подготовки в Пулкове 20 офицеров корпуса военных топографов, 20 офицеров Академии Генерального штаба (после окончания Академии), 25 офицеров флота и корпуса штурманов, 2 офицера Генерального штаба, представители Горного и Межевого корпусов. В Пулковской обсерватории совершенствовались все известные геодезисты. Пулковскую обсерваторию называли высшей школой русских геодезистов.

 В XIX  в. существовала еще одна организация, деятельность которой принесла известную пользу развитию геодезии  это Русское Географическое общество /РГО/, основанное в 1845 г. При содействии этого общества, членами которого состояли известные геодезисты и астрономы, были запланированы и осуществлены многие очень важные мероприятия, в частности, ряд научных экспедиций.

Силами этого общества, а также военного и морского ведомства в 19–ом столетии решаются научные проблемы, связанные с гравиметрическими определениями и фигурой Земли. Еще в 1757 г. академик А. Н. Гришов /1726—1760/ начал первые после 1734 г. определения силы тяжести (наблюдения длины секундного маятника в Петербурге, Ревеле, Пернове, Юрьеве и Арнисбурге). Но первые высокоточные определения силы тяжести маятниковыми приборами начинаются в 20–х годах XIX столетия. Так в 1826 г. Ф. П. Литке /1797—1882/ во время трехлетнего кругосветного путешествия на военном шлюпе «Сенявин» измерил ускорение силы тяжести в ряде пунктов Земли, начиная с Петербурга. Его определения послужили одной из предпосылок для выдвижения гипотезы изостазии. Из своих измерений им было получено сжатие Земли  1:288. В 1829 г. профессор Дерптского Университета Ф. Г. Паррот /1791—1841/ осуществил гравиметрические измерения на Кавказе, по которым В. Я. Струве вычислил сжатие земного эллипсоида: по линии Дерпт Тифлис  1:312, по линии Дерпт  Арарат  1: 279. В 1887 г. при РГО создается комиссия во главе с И. И. Стебницким, составившая программу маятниковых наблюдений, в которую входило обеспечение гравиметрическими наблюдениями градусных измерений по параллели 52 градуса и триангуляции 1 кл. Уже в 80–е годы предпринимаются обширные гравиметрические работы. В результате до 1917 г. были выполнены гравиметрические определения почти на 400 пунктах. Но каталог был составлен только в 1923 г. 

Во 2–й половине XIX  начале XX в. совершается техническая революция. Отзвук этого события в геодезии можно заметить в научных работах и количестве учебников по высшей геодезии, резко возросших в этот период по многообразию и тиражу, в обновлении методов и приборов прецизионных геодезических измерений, в расширении сферы использования фототопографии и фотограмметрии.

2.2 Изменение в предмете и методе геодезии. Основные задачи.

 В 19–ом столетии изменения в предмете и методе геодезии в России охватили всю отрасль знаний. Причинными факторами являлись социально  экономические и др. события.

Как ранее отмечалось, предмет геодезии заключается в оценке пространственных отношений и форм различных объектов и систем, включая в целом физическое пространство той или иной протяженности .

Начиная с XYIII в. в геодезии происходит формирование принципа «от общего к частному». В XIX  в. он получил повсеместное распространение во всех геодезических работах. Все это явилось следствием возрастания требований к точности геодезических измерений и распространения их на большие территории. Действительно, до этого в основу решения геодезических задач брались объекты и системы небольших размеров, для которых очень приближенно схематично осуществлялась оценка пространственных отношений и форм. Чтобы получить оценку для совокупности объектов древние люди осуществляли процедуру «суммирования» / от частного к общему / метрических моделей отдельных объектов в их совокупность .

 В России принцип «от общего к частному» стал определяющим по существу, только с 1816 г. с топографических работ Теннера .

Обновление предмета и метода геодезии в России началось со 2–го десятилетия XIX  в. Наиболее выпукло это выразилось в новой геодезической области  высшей геодезии. Основным методом стала триангуляция, а основное предметное существо геодезии нашло выражение в геодезических сетях, с помощью которых происходит координатизация всей территории России и осуществляются топографические съемки, именовавшиеся подчас как тригонометрические. Сформировалась линейно  угловая технология геодезических работ, появились основные геодезические работы и топография.

С 50–х годов в России получила быстрое развитие инженерная, прикладная геодезия, начало которой знаменуется появлением в 1854 × 1856 гг. двух книг А. П. Болотова и А. Леве. Конечно, неслучайно издание этих книг приходится на 50–е годы. Как было уже отмечено, начиная с 1830 г., в России происходит промышленная революция. Появляются инженерные сооружения, как новый объект прикладной геодезии, которому к концу XIX  в. суждено принять статус массового объекта. Как в высшей геодезии, появление которой связано с новыми исследованиями и метрическими проблемами Земли, так и с инженерными сооружениями стала связываться основная область приложения геодезии к народному хозяйству. Именно в этот период возрастает пространственная мобильность населения России, усиленная в 1860 г. отменой крепостничества. На конец этого периода приходится использование в России трех систем координат / табл. 2. 2. /.

 В этот период еще более тесными оставались связи геодезии с астрономией и географией. Значительные объемы астрономических работ относились к практической или геодезической астрономии. В XYIII  в. Географический Департамент ведал всеми видами географических и геодезических работ. Предполагалось, что география включает в себя естественно не только картографию, но и геодезию. В XIX  в. положение изменилось в плане исчезновения объемлющего понятия «географический». Это объясняется тем, что до XIX в различные «чертежи» составлялись описательно, т. е. географически. К концу XYIII  в. возрастает точность съемки и составления карт. Математические /геометрические/ методы отдаляют географию от геодезии. Возрастает их самостоятельная значимость. Таким образом, приобретают, по крайней мере, организованную самостоятельность и независимость, понятия геодезии и географии. Вместе с тем сохраняется связь геодезии и географии в плане изучения окружающего пространства, поскольку геометрия этого пространства, являющаяся предметом геодезии, необходима и географии для понимания связи явлений. Хорошим примером является Русское географическое общество / РГО /, организовывавшее различные мероприятия и экспедиции, в которых геодезическая часть занимала не последнее место. РГО вначале /с 1845 г./ имела три отделения  математическое, физическое и топографическое, а затем, с 1846 г. состояло из двух комитетов  физического и математического. В трудах РГО печатались геодезические работы. Большой Золотой медалью РГО награждались выдающиеся геодезисты /В. Я. Струве, И. И. Ходзько и др./. По большей части известные геодезисты являлись одновременно астрономами и географами, во всех этих областях приносили стране неоценимую пользу.

2.3. Развитие триангуляционных, астрономических и гравиметрических работ. Градусные измерения.

Астрономические работы. К 1917 г. геодезистами и астрономами в России было определено более 150 астрономических пунктов, связанных с триагуляционными работами /основные пункты/, и около 5000 экспедиционных астрономических пунктов / использованных в качестве основы для глазомерных и полуинструментальных съемок /. На долю корпуса военных топографов приходится большая часть выполненного объема. При этом военными геодезистами в целом отнаблюдено 3900 астрономических пунктов, из них 1800 в Европейской России и на Кавказе, 1150  в Сибири и 960  в Туркестане. Для 127 пунктов долготы были определены по телеграфу. Огромный размах работ был вызван, с одной стороны, совершенствованием способов астрономических определений, с другой, и главным образом, их применением как наиболее экономичного и оперативного способа создания точной геодезической основы для топографических съемок.

Значительные объемы астрономических работ в начале столетия были выполнены Ф. Ф. Шубертом и братьями Теслевыми в различных районах /Полоцк, оз. Байкал и др./ С 1806 г. по 1815 г. В. К. Вишневский определил 223 астрономических пункта на огромной площади между Либавой и Екатеринбургом, Мезенем и Эльбрусом. В 20–х годах были проведены астрономические работы в Персии и Грузии штабс–капитаном О. Е. Коцебу; Туфаевым  в Бухаре, В.Ф. Леммом и П. Ф. Анжу на Оренбургской линии, в Киргизской степи, на берегах Каспийского и Аральского морей.

 В 1834  1835 гг. М. П. Вронченко выполнил обширные астрономические /100 пунктов топографические, 10000 верст маршрутной съемки /и географические работы в Малой Азии. В 30–х годах была предпринята первая крупная хронометрическая экспедиция под руководством Ф. Ф. Шуберта, в которой принимали участие В. Я. Струве, А. Гумбольд, Г. Х. Шумахер, Ф. В. Бессель и Ф. Аргеландер. В 40—50–х годах организуется значительное число хронометрических экспедиций, использовавших от 5—8 до 30—80 хронометров. В результате были определены разности долгот между различными обсерваториями и географическими местами.

Огромный объем астрономических определений (600 пунктов) на протяжении нескольких десятилетий, начиная с 1826 г., выполнил Б. Ф. Лемм. Русское географическое общество организует Уральскую и Сибирскую экспедиции, значительно пополнившие число отнаблюденных астрономических пунктов. К 40–м годам XIX  в. число астрономических опорных пунктов, по сравнению с 18 столетием, возросло более чем в 7 раз.

Во 2–й половине XIX  в. были выполнены еще более обширные и более многочисленные работы, охватившие разнообразные районы страны. В астрономических определениях принимали участие И.Е. Кортацци, А.Г. Ернсфельт, Э.А. Коверский, Н.А. Емельянов, А.А. Тилло , Н.Д. Артамонов, С.Т. Мирошниченко, М.П. Полянский , Ф. Шварц, А.Р. Борнсдорф, М.Н. Лебедев, П.И. Гладышев , Д.Д. Геденов, Ю.А. Шмидт, Н.О. Щеткин и многие другие.

Триангуляционные работы. Градусные измерения. Регулярные триангуляционные работы в России начались с 1816г. с западных пограничных областей. Но еще ранее, в 1808 г., проф. астрономии Московского университета Х.В. Гольдбах / 1763—1811 / и геодезист Депо карт Л. Панснер начали работы по созданию триангуляции в Московской губернии. Углы треугольников измерялись повторительным кругом Борда, для базисных измерений применялась точная копия перуанского тоаза. Вначале работы велись в Звенигороде, Рузе, Можайске, Волоколамске, Воскресенске и Верее. С 1810 г. Гольдбах, уже с другим помощником, Вильдеманом, начал съемки Москвы. Смерть Гольдбаха в 1811 г., а затем пожар в Москве привели к прекращению работ и даже их утрате  сгорела часть тетрадей с результатами наблюдений.

Значимость триангуляции в создании точной опоры для топографических работ понимало большинство геодезистов. Поэтому уже в 1809 г. Теннеру, Панснеру и Досту была поручена «тригонометрическая съемка» Петербурга и южного берега Финского залива. Начавшаяся отечественная война помешала выполнению работ. Тем не менее была произведена рекогносцировка, построены сигналы и на Васильевском острове измерен базис, а другой  на острове Котлин. Эта и все последующие триангуляционные работы К. И. Теннера, В. Я. Струве выполнялись с высокой точностью, основательностью и практически не уступали лучшим французским и английским, прусским и австрийским триангуляциям.

На триангуляции в Виленской губернии / 1816—1821 /:К.И. Теннером были отработаны научные принципы организации и методики измерений, а также последующей обработки результатов. В сети было измерено три базиса, 115 треугольников 1 класса и 3020 треугольников 2–го и 3–го классов / 98 опорных пунктов 1–го кл. и 1225 пунктов 2–го и 3–го класса /. Теннер считал, что триангуляция должна решать две задачи: научную / градусные измерения / и топографическую / основа для съемок /.

Все триангуляции, выполнявшиеся при непосредственном участии или руководстве К. И. Теннера, обладали не только свойством классной точности, но и долговечностью, по которой им не было равных на протяжении всего XIX века. Все пункты закреплялись на местности; при смыкании триангуляции Теннера с прусской триангуляцией Бесселя /1830 г. / расхождение для общих сторон не превышало 1:200 000.

 В этот же период /с 1816 по 1831 гг. / профессор Дерптского университета В. Я. Струве осуществлял градусные измерения в Прибалтийских губерниях. Под руководством В. Я. Струве были проложены ряды триангуляции на территории Лифляндии и Финляндии  значительная их часть включена в Русско–Скандинавское градусное измерение. Триангуляционные работы Струве, выполненные с очень высокой точностью, даже по современным меркам, считаются образцовыми, классическими по постановке, методами и результатам / ошибка измерения угла составляла всего 0«. 6 /. Вместе с тем в этих работах не уделялось должного внимания закладке центров, вследствие чего ряды Струве были вскоре утрачены и впоследствии не использовались. В 1823 г. Струве установил непригодность для угловых измерений способа повторений и разработал свой, названный им способом многократных измерений простых углов, именовавшийся в России способом Струве, который послужил основой разработки способа круговых приемов. Струве создал прецизионный базисный прибор, с помощью которого можно измерять линии с точностью 1:1000 000. Этот прибор в России применялся до XX в. 

Триангуляции Теннера и Струве, соединенные в 1830 г., образовали градусные измерения по дуге меридиана длиною 8 градусов. Измерения были затем продолжены на север и юг. В результате получили дугу меридиана, названную впоследствии дугой Струве, длиною в 25 градусов 20 минут. Результаты измерений 1–ой части дуги Теннером были сообщены Бесселю, который использовал их при выводе размеров земного эллипсоида, а данные по всей дуге Струве применял в своих выводах Иларк. В триангуляции на протяжении всей дуги было измерено 10 базисов, определено 13 астрономических пунктов.

Начиная с 1820 г., приступил к триангуляционным работам Ф. Ф. Шуберт сначала в Петербургской губернии, а затем в Смоленской ,Московской ,Могилевской ,Тверской ,Новгородской губерниях, а также на Крымском полуострове. При этом, например, триангуляция по всей Московской губернии была закончена в 1840 г., а в самой Москве  в 1833 г. Московская городская сеть состояла из 260 точек, в качестве которых очень часто использовались колокольни, церкви. За основную точку был принят шарик под крестом колокольни Ивана Великого. Углы измеряли офицеры КВТ И. О. Васильев ,В. Н. Войнов и др. Причем все пункты сети в губернии делились на 3 класса: 127 треугольников  1 класса /88 пунктов /, 148  2 класса / 52 пункта / и 1417  3 класса / 890 пунктов /. Углы измерялись 12–дюймовым теодолитом Эртеля с 4–секундными верньерами, 10–секундным универсалом той же мастерской и др. теодолитами по способу Струве: на 1 классе 6 приемами / с погрешностью измерения 0».985 /, на пунктах второго класса тремя приемами / 2«/. В треугольниках 3 класса измерялись только 2 угла. Базис / между Хорошево и Петровским Дворцом / измерялся прибором Ф. Ф. Шуберта  его длина 3505, 849 нормальных саженей. Высота базиса над уровнем моря определялась из 87 одновременных наблюдений барометров в Петербурге и в Москве. В отличие от триангуляций Теннера и Струве, Шуберт в своих работах ставил только практические задачи  создать основу для топографических съемок. В результате точность развиваемых сетей была невысокой. Эта тенденция сохранялась в последующем в триангуляционных работах других геодезистов. Например, значительные объемы по выполнению триангуляций в европейской части были осуществлены, начиная с 40–х годов, под руководством Н. А. Тучкова и Д. Д. Оберга. Но в методике они придерживались принципов, разработанных Шубертом.

 В первой половине XIX века съемочные работы на Кавказе, в Сибири и Туркестане / старое название обширной области в Средней Азии, охватывавшей провинции Западного Китая, северную часть Афганистана и Среднеазиатские территории России / еще проводились без всякого обоснования. Только с 1847 г. на Кавказе начинаются триангуляционные работы под руководством И. И. Ходзько, который сам составил их проект. Триангуляция Закавказья, Считавшаяся по тому времени наиболее трудной, состояла из 188 треугольников 1 класса и 1642 треугольников 2 × 3 классов, половина из них отнаблюдена Ходзько. Отдельные стороны достигали длины 200 км. Зенитные расстояния были определены на 1362 пунктах. Наблюдателям приходилось не только покорять высокогорные вершины / сам Ходзько поднялся на гору Арарат  5200 м. /, но и по несколько недель на них находиться, жить там, ожидая хорошей видимости. Не менее трудными были триангуляционные работы на Северном Кавказе, начатые в 1860 г. 

Триангуляция Кавказа характеризуется хорошим качеством: вероятная ошибка в угле  0».7, относительная ошибка в базисных измерениях в Закавказье была равна 1: 90 000, на Северном Кавказе  1: 50 000. Последующее соединение кавказской и волжских триангуляций выявлено значительное уклонение отвесных линий, доходившее местами до 50".

Триангуляционные работы в Туркестане были начаты в 1870 г., но выполнялись они без общего плана и без надлежащей взаимной увязки. С 1910 по 1912 гг. была проложена триангуляция через Памир для связи с индийскими триангуляциями / средняя ошибка 3 «. 1 /. С 1909 г. под руководством Павлова начинаются научно–обоснованные триангуляционные работы в Сибири  проложен ряд Омск  Павлодар  Семипалатинск  Усть–Каменогорск. Второклассные сети и ряды триангуляции 2–го класса были развиты в Семипалатинской области, в Восточной Сибири, в Дальневосточном крае. Кроме того, выполнялись ведомственные триангуляционные работы.

Обширные триангуляционные работы в Полесье и Туркестане выполнялись под руководством И. И. Жилинского, в Костромской и Нижегородской губерниях  И. С. Злобина, в Оренбургской губернии  И. О. Васильева, по реке Неману — В. М. Шульгина, по Дону  И. А. Наперстникова, по западной границе  Шульца, Погоновского, НИкифорова, Емельянова, Бонсдорфа и др., в Западной Сибири / с 1909 г. / Н. Д. Павлова. В целом триангуляционные работы 1 класса, за исключением работ Теннера и Струве, осуществлялись неудовлетворительно и после уравнивания их в 1897  1907 гг. были признаны специальной комиссией пригодными только в качестве основы для съемок .

 В 1897 г. под руководством военного геодезиста Шарнгорста предпринимается попытка перевычислить все триангуляции в целях приведения их в общую систему координат. В основу был взят ряд Струве, а все вычисления выполнены на эллипсоиде Бесселя. За исходный пункт был принят Юрьев / Дерпт  теперь Тарту /. В результате этих работ до 1907 года успели перевычислить только триангуляцию 1 класса /в количестве 3236 пунктов /, которая в натуре в последующем практически была утрачена. В 1909 г. утверждается план построения новой триангуляции 1 класса в Европейской части России, к осуществлению которого приступили в 1910 г. В разработке проекта и в его реализации в 1916 г. принимал деятельное участие И. И. Померанцев. Этот план предусматривал построение рядов триангуляции 1 класса: 1) по направлениям меридианов и параллелей с периметрами полигонов 1300  2200 км., 2) в виде простых цепочек треугольников с измерением базисов и астроопределений, 3) с обработкой на эллипсоиде Бесселя (за исходный пункт принята Пулковская обсерватория). К 1917 году было измерено только 4 базиса, построено 152 и отнаблюдено 129 пунктов.

 В процессе выполнения триангуляций они связывались не только между собою, но и с зарубежными (прусскими, австрийскими). Результаты сравнений межгосударственных триангууляций высылались директорам Пулковской, Берлинской и Венской обсерваторий. По причине сопоставления измерений в 1852  1855 гг. в Пулково было выполнено сравнение английских, немецких, австрийских и датских нормальных мер с соответствующей мерой России  двойным Пулковским туазом. На геодезических работах в России (XIX в .) использовались в качестве нормальных мер туаз Фортена, двойной Пулковский туаз, сажень Теннера, двойная сажень Департамента Генерального штаба и»условная сажень «(несуществующая мера, равная 7 английским футам, или 84 дюймам) первой / 1816  1866 /, второй / 1866  1899 / и третий / с 1899 / эпох.

К середине 19–го века часть центральных губерний, западное пограничное пространство и Закавказье были покрыты триангуляцией. Ф. О. Максимов писал в своем обзоре: «Сообразив огромность пространства, на котором производились в России измерения, быстроту и точность работы должно согласиться, что у нас сделано для пользы наук и государства в этом отношении так много, что прочим образованным народам остается только завидовать нашей деятельности».

 В целом с 1819 по 1917 гг. на европейской территории России было определено 3367 пунктов триангуляции 1 кл. и 59109 пунктов 2 × 3 кл., а в азиатской части России  283 пункта 1 класса и 4654 пункта 2 × 3 класса .

На протяжении всего XIX  в. триангуляционные работы осуществлялись немецкими геодезическими инструментами, устаревшими, приспособленными для измерения углов по способу повторений и имевшими в качестве отсчетных приспособлений верньеры. Микроскоп  микрометры появились только во 2–й половине 19 столетия и то только у отдельных инструментов. Использовавшиеся угломерные инструменты в зависимости от назначения и устройств именовались: повторительные круги / рис. 2. 2 ./, теодолиты (повторительные теодолиты), земные повторительные теодолиты, горизонтальные теодолиты, универсальные инструменты, астрономические теодолиты (астрономические повторительные теодолиты). На рис. 2. 3 приведен повторительный 4–х секундный теодолит, изготовленный в 1830 г. для В.Я.Струве.

С 1818 по 1837 гг. на русских триангуляциях применялись только повторительные теодолиты (неустойчивые, один и тот же лимб применялся для измерения и горизонтальных, и вертикальных кругов, труба двигалась в плоскости, параллельной лимбу).

Во 2–й половине 19 века начинают выполнять угловые измерения более совершенными инструментами с отсчетными устройствами в виде винтовых микрометров и микроскоп  микрометров. Первым таким инструментом был 2"  универсал гамбургского механика Репсольда N 56 / 1851 г. /. С 1861 г. по 1875 г. российским механиком Брауэром было изготовлено не менее 3–х двухсекундных универсалов с микроскоп–микрометроми.

Только в первое десятилетие 20–го века по заказу КВТ в России были получены совершенные для того времени электрофицированные инструменты Гильдебранда.

На протяжении XIX  в. при измерении углов применялись преимущественно 2 способа  повторений и Сруве. Первый способ, очень трудоемкий, использовался в первой половине 19–го века. Так, по подсчетам В. Я. Струве, на Литовской дуге меридиана Теннером измерено 174 угла 8 674 повторениями, т. е. в среднем угол измерялся 50 повторениями. В отдельных случаях число повторений достигало 100.

С 1823 г. В. Я. Струве стал применять свой способ направлений, впоследствии именовавшийся в России как способ Струве. Теннер и Шуберт, внедряя этот способ, ввели при этом замыкание горизонта. Усовершенствованный способ Струве с замыканием горизонта получил широкое распространение, при этом углы в триангуляции 1 класса измерялись 6  12 приемами. С 1889 г. с выходом «Наставления для производства тригонометрических работ «, в котором указывалась методика измерения направлений, способ получил название способа круговых приемов .

С 1908 г. в угловых измерениях стали применять способ Шрейбера  сначала в дополнительном классе Военно–топографического училища на летней практике / с весом, равным 12 /, а затем / с 1909 г. / под руководством полковника Павлова при мзмерении углов в триангуляции 1 класса, в Омском топографическом отделе / вес 12, двухсекундные универсалы Гильдебрана /. В 1910 г. под руководством Померанцева была составлена инструкция для триангуляции 1 класса, в которой для измерения углов рекомендовался способ Шрейбера, с весом 24. 

Несмотря на несовершенство используемых инструментов, Тенннер и Струве достигли в угловых измерениях выдающейся точности: у Теннера ошибки измеренных углов по способу повторений характеризовались значениями 0».70 × 0«.98, а по способу Струве  0».53; 0«.61; 0».72; 0.» 73; у В. Я. Струве соответственно  0.«57; 0.»88. У Теннера углы на знаках измерялись нередко двумя способами. При этом Теннер предъявлял к наблюдателям высокие требования  невязки в триангуляции 1 класса не должны были превышать 3«. В случае превышения величины невязки
все углы треугольника переизмерялись.

 В последующем точность угловых измерений, выполнявшихся различными наблюдателями, в том числе Шубертом, резко снизилась. Основными причинами было то, что: 1) не учитывался опыт работ Теннера и Струве; 2) снизились требования в точности измерений ввиду управления упразднения помощников наблюдателей (1848 г.  увеличились объемы съемок  перешли от масштаба 200 сажень к 500 сажень в дюйме,  в результате потребовалось увеличение объема триангуляционных работ при том же количестве триангуляторов); 3) неправильно применялись поверительные трубы; 4) недостаточно точно осуществлялось определение элементов приведений; 5) недоучитывалось влияние фаз освещения визирных целей; 6) измерение углов выполнялось при неблагоприятных условиях.

Только с 1910 г. с введением новой инструкции и применением новых инструментов точность измерений угла в триангуляции вновь повысилась до 0».77 (по невязкам 110 треугольников в триангуляционном ряду Пулково  Николаев).

Гравиметрические работы. С именем великого русского ученого Ломоносова связаны первые теоретические и практические разработки по гравиметрии. Более 200 лет назад впервые в России Петербургской академией наук выполнены определения силы тяжести. До 1917 г. было определено около 400 маятниковых пунктов. Значительный вклад в теорию и практику гравиметрических работ на территории России, внесли известные ученые и преподаватели Московского университета и Межевого института Ф. А. Слудский, Б. Л. Швейцер, И. А. Швейцер, И. А. Ивероров, П. К. Штернберг и другие.

Самые ранние / 1827 г. / определения силы тяжести осуществили Рейнеке и Литке маятником Кетера, а в 1865  1899 гг.  Савич, Вилькицкий, Соколов, Кульберг и др.  с помощью поворотного маятника Репсольда. Эти определения представляют лишь исторический интерес. Начало гравиметрических работ современного типа соотносят с 1896 г., когда астроном Казанской обсерватории Краснов тремя маятниками Штернека определил несколько пунктов между Веной и Казанью и организовал экспедицию в Северный край. В том же 1896 г. Витрам выполнил гравиметрическую связь Пулкова с Владивостоком. Двумя годами позднее Военно  топографический отдел Генерального штаба усилиями Павлова, Корзуна, Залесского, Лаймина, Никитина и др. начал регулярные маятниковые определения в различных районах России. Наибольшее число измерений с 1901 г. по 1908 г. в Средней Азии выполнил Залесский  140 пунктов. Сводка всех дореволюционных определений силы тяжести была осуществлена А. М. Гижицким и П. Севкевичем только после 1917 г. в изданном ими в 1923 г. Каталоге пунктов гравиметрических определений .

2.4. Нивелирные работы.

До семидесятых годов XIX века, когда на картах при рисовке рельефа стали применять горизонтали, основными способами нивелирования были: геодезический (тригонометрический) и физический (барометрический). Первый способ был в то время наиболее точным и вполне удовлетворял требованиям картографов и топографов, при изображении ими рельефа штрихами. До 1816 г. при всех экспедиционных и геодезических работах использовалось барометрическое нивелирование, по данным которого, полученным, например, при рекогносцировке или маршрутной съемке, осуществлялось нанесение рельефа на карты.

 В 1816 г. Теннер при выполнении своих триангуляций установил обязательное измерение зенитных расстояний и вычисление высот пунктов. В результате обширного тригонометрического нивелирования им была получена разность уровней Балтийского и Черного морей, а позже, уже другими геодезистами / 1836 г. /  Черного и Каспийского морей. Вместе с тем очень важное начинание Теннера не было поддержено при выполнении других триангуляций.

 В начале 2–й половины XIX века необходимость в геометрическом нивелировании поднималась неоднократно: в Географическом обществе, на первой международной конференции в Берлине / 1864 г. /. В 1858 г. О. В. Струве, вице  директор Пулковской обсерватории, выполнил опытное геометрическое нивелирование в окрестности обсерватории. В этом же году им был составлен первый проект создания высотной опорной сети триангуляции. Но только с 1871 г. Военно топографический отдел организует систематическое геометрическое нивелирование. В 1883 г. Д. Д. Гедеоновым был разработан «выгоднейший» способ геометрического нивелирования, описанный в изданной в том же году инструкции и получивший широкое распространение .

Нивелирные работы с 1871 г. по 1893 г. осуществлялись по предварительно разработанной для Европейской России программе, рекомендовавшей прокладывать: 1) по меридианным направлениям, в частности, для связи Балтийского и Черного морей; 2) по параллелям и широтам 47. 5 градусов и 50 градусов (направления железных дорог); 3) вдоль Балтийского и Черноморско  Азовского побережий (для связи футштоков); 4) по линиям железных дорог (на запад, для связи с Западно–Европейскими нивелировками) .

Ко второй половине 19 столетия относится начало создания главной высотной основы (нивелирных линий 1 × 2 класса). В 1873  1876 гг. между Петербургом и Москвой геодезистами Ленчевским, Котовским и Федотовым была впервые в стране проложена линия геометрического нивелирования. С. Д. Рыльке в 1894 г. составил первый «Каталог высот русской нивелирной сети с 1871 по 1893 гг.». За этот период было проложено 13 тысяч км. нивелирных линий, в том числе линии нивелирования, выполненные в 1871  1873 гг. нивелир–теодолитом. Начало нивелир–теодолитным работам, как разновидности полигонометрии, положил в 1871 г. Н. Я. Цингер (ход между Ревелем и Санкт–Петербургом). Нивелир–теодолит был изготовлен в Пулкове Г. К. Брауэром. Нивелир–теодолитные хода не оправдали ожиданий. Нивелир–теодолит был аналогичен десятисекундному универсалу с поверительной трубой, за исключением того, что вместо вертикального круга десятисекундной точности использовались 2 сектора с точностью отсчета в 4 «. В нивелир–теодолитном ходе по 4–х метровым рейкам с 4 марками определялись дальномерные расстояния (1: 1000) и углы наклона на марки рейки. Измерялись также углы поворота в вершинах хода. Средняя ошибка на 1 км. хода получилась равной 11 мм. Нивелир–теодолиты успешно использовались на съемках в Финляндии. Этот метод применялся в работах Военно–топографического депо, МПС и других ведомств до 1918 г. В стране использовались также нивелир–тахеометры. Вся сеть нивелирования образовала 8 полигонов со средним периметром 1550 км. и была закреплена 1092 стенными знаками. Следует отметить весьма высокую точность геодезического нивелирования, осуществленного по дуге Струве. В результате было установлено, что разность уровней морей Черного и Балтийского равна 1 метр.

Военно  топографическим отделом с 1871 г. по 1916 г. было выполнено 42 746 верст точных нивелировок и заложено 3 646 марок. Нивелирование проводилось по железным дорогам Европейской части России и по всей Сибирской магистрали.

 В 1902 г. вышел из печати» Каталог высот русской нивелирной сети «; в 1915 г. издано дополнение к нему. К 1917 г. общая длина нивелирных линий насчитывала около 45,5 км., причем, в основном, в Европейской России.

По инструкции, разработанной XYII международной геодезической конференцией, Военно  топографический отдел стал выполнять с 1913 г. высокоточное нивелирование, а к 1916 г. был уже завершен ход длиной около 2000 км. (между Ораниенбаумом и Одессой) и заложено 197 нивелирных марок .

Точное нивелирование позволяло установить разность уровней морей Черного, Балтийского и Каспийского, высоту озера Байкал; занивелировать футштоки. Результаты как геометрического, так и Барометрического нивелирования использовал А. А. Тилло при составлении своей прекрасной гипсометрической карты /1889 г./.

До 1881 г. в геометрическом нивелировании применялись инструменты, дававшие на 1 км. хода случайную ошибку порядка 6.2 мм., а систематическую  0.9 мм. В восьмидесятых годах XIX  в. стали использовать нивелиры с увеличением зрительной трубы в 40X и тщательно изготовленными и откомпарированными рейками. Нивелирование выпонялось по так называемому русско–швейцарскому методу. Точность измерений характеризовалась вероятной ошибкой на 1 км. не более 3 мм .

2.5. Топографические и картографические работы.

 В начале XIX века все съемки оставались в основном, безопорными. Для них в качестве основы принимались реки, дороги и другие характерные объекты местности, в соответствии с которыми происходила разбивка картографируемой территории на участки. Съемку деталей геодезист осуществлял с помощью измерения линий мерной цепью или шнуром и углов астролябией. Для топографических работ Варшавская фирма «Герлях» выпускала малые теодолиты. Площадь территории, покрытой съемкой, к 1804 г. была равна 36000 кв. верст .

С 19 столетия на съемках стали использовать мензулу. Значительно возросла квалификация геодезистов и топографов. Резко увеличились объемы работ. Уже в 1810 г. территория, покрытая съемкой, по площади занимала более 450000 кв. верст. Значительную часть этого объема составляли маршрутные съемки.

Вместе с тем все выполненные съемки, производившиеся без какого  либо общего плана, без соблюдения единых принципов, по инициативе отдельных организаций и штабов и при отсутствии между ними связи и взаимоувязки, не могли быть удовлетворительными. Подчас после окончания одной съемки на этой же территории начинались другие. Тем не менее общее положение и состояние съемочного дела в России по сравнению с европейскими странами было вполне удовлетворительным. Более того, геодезисты и топографы, принимавшие участие в этих работах, приобрели такой опыт, что к середине XIX  в. вывели геодезию страны на одно из первых мест в мире.

Все съемки, выполнявшиеся в России с 20–х годов XIX  в., по точности и назначению делились на 4 вида: 1) топографические инструментальные (на основе триангуляции); 2) топографические полуинструментальные (на основе астрономических пунктов); 3) глазомерные и 4) рекогносцировочные.

Систематические инструментальные съемки, по существу, начались с 1819 г., когда К. И. Теннер осуществил топографическую съемку Виленской губернии в период с 1819 по 1829 г. Такие работы к 1860 г. были выполнены корпусом военных топографов еще в 21 губернии. На значительных территориях проводились топографические работы другими организациями. Так с 1849 по 1866 гг. выполнялись известные съемки (полуинструментальные) А. И. Менде, причем за 17 лет они охватили площадь размером 345 000 кв. верст. В основу работ были положены материалы Генерального Межевания. По результатам съемок Менде Русское Географическое общество составило и напечатало прекрасные атласы Тверской (1853  1857 гг.) и Рязанской (1859 г.) губерний в масштабе 2 × 4 версты в дюйме (1: 84 000 × 1: 168 000).

 В 50—70–е годы Кавказкой, Оренбургский, Туркестанский и Сибирский военно–топографический отделы приступили к систематическому картографированию окраинных частей страны.

Во 2  й половине XIX  в., кроме реализации перечисленных работ, корпус военных топографов и корпус межевщиков приступают к обновлению старых съемок. В приказе Военно  топографического Депо в 1869 г. было предусмотрено осуществлять» Капитальные исправления старых съемок «периодически через 15  20 лет.

Ранние топографические работы проводились в крупных масштабах (Теннер и др.)  250 × 200 сажень в дюйме. Позднее стали выполнять съемки в масштабе 1 верста в дюйме (1: 42000). Из  за дороговизны работ и медленных темпов К. И. Теннер предлагал принять масштаб, равным две версты в дюйме (1: 84000).

Все съемки, в основном, проводились по губерниям, в произвольных системах координат. Для нанесения на планшет пунктов триангуляции Шуберт использовал свою систему координат, а Теннер  французскую.

Начиная с 1845 г., в топографических съемках было введено обязательное измерение вертикальных углов. Но по  настоящему это стало осуществляться только с 1868 г., когда появился новый инструмент  кипрегель (с дальномером).

Главным недостатком русских топографических съемок было отсутствие единой инструкции. В 1885 г. И. А. Стебницкий, начальник Военно  топографического отдела, издал приказ, в котором предписывалось ввести общую инструкцию взамен нескольких использовавшихся. В результате была разработана и затем введена единая инструкция для производства топографических съемок в масштабе 250 сажень в дюйме (1: 21 000). В 1901 г. в нее были внесены изменения .

К 70  80 годам западные страны  Франция, Великобритания, Швейцария и Австрия  завершили топографические работы на своих территориях. В России точными съемками к 1870 г. было покрыто 8 процентов территории, а к 1917 г. обеспечено всего 15 процентов площади Европейской России, 50 процентов Кавказа и 8 процентов Сибири и Туркестана. В конечном итоге в России было выполнено точное картографирование на огромной площади в 9895895 кв. км. В XIX  в. (до 1917 г .) был получен целый ряд интересных, а иногда и выдающихся карт и атласов. В 1877  1878 гг. во время руско–турецкой войны использовались 220000 мелкомасштабных листов карт, в русско–японской  2000000 листов карт всех масштабов, а в первой мировой войне  138000000 листов карт .

Во второй половине рассматриваемого периода издаются разнообразные атласы (Европейской России, Азиатской России, Сибири, Российских Северо  Американских владений). Пользовался известностью «Большой всемирный настольный атлас Маркса», дважды издававшийся под редакцией Э. Ю. Петри, а затем Ю. М. Шокальского  в 1905 × 1909 гг., считается выдающимся картографическим произведением и «Атлас Азиатской России» (в трех томах, 1914 г.).

 В 1865  1871 гг. на смену устаревшей десятиверстной карте Ф. Ф. Шуберта пришла» Специальная десятиверстная карта Европейской России «И. А. Стрельбицкого. Это было крупнейшее картографическое произведение, состоявшее из 177 листов и охватившее почти три четверти территории Европы, включая Европейскую Россию. На карту были тщательно нанесены гидрография, рельеф, леса, границы, дорожная сеть, населенные пункты. Обоснованием этой карты служили более 20 000 астрономических и триангуляционных пунктов .

Военно  топографический отдел Главного штаба в 1864 г. выпустил самую крупную из дореволюционных карт  общегеографическую карту Азиатской России. В 1895 г. появилась «Карта Азиатской России», составленная Э. А. Коверским, в масштабе 200 верст в дюйме.

 В качестве картографических предприятий до революции в России использовались указанные выше Гражданская типография Киприянова (до 1723 г .), картографическое заведение Ильина, основанное в Петербурге в 1859 г., и издательство А. Ф. Маркса.

Глава 2.6 Измерительные приборы, нормальные меры.

 В XIX  в. на геодезических работах появляются все основные виды геодезических инструментов: теодолит, нивелир, мензула, кипрегель, стальная лента, базисные приборы, нормальные меры. В 1811 г. была учреждена Механическая мастерская (впоследствии, с1821 г., Механическое заведение, просуществовавшее до Советской власти и организованное в крупную фабрику «Геодезист»). В 19 и начале 20 столетия геодезические инструменты средней и малой точности изготовлялись механической мастерской Военно–топографического отдела, фабриками Швабе, Герляха, Таубера и Цветкова. Для ее организации, руководства ею был приглашен профессор математики и астрономии из Касселя  Корнелий Христианович Рейссиг (1781—1860). Уже с 1812 г. в этой мастерской стали изготовлять различные астрономо–геодезические, топографические и чертежные инструменты. Для первых русских триангуляций выпускали повторительные теодолиты и базисные приборы. Пользовалась популярностью мензула конструкции Рейссига. Сам Рейссиг опубликовал описание и методику исследования инструментов, изготовил первый отечественный нивелир, секстант, ртутный барометр, отражательную буссоль, высотомер, повторительный теодолит. В мастерской изготовлялись также астролябии, секундомеры, хронометры, пассажные и астрономические трубы, гелиотропы, нормальные меры, термометры, мерные ленты, поперечные масштабы, готовальни и др. Только с 1841 г. по 1856 г. было выпущено 3602 инструмента и исправлено 4962.

До 1840 г. дорогостоящие универсальные инструменты, вертикальные круги и др. приборы заказывались зарубежным фирмам, мастерским Эртеля, Репсольда и др. С 1840 г. точные инструменты стали также изготовлять в мастерской Пулковской обсерватории и у некоторых частных механиков. В этой мастерской работал выдающийся механик Г.К. Брауэр (1816—1882), специалист в области астрономо–геодезического приборостроения. Под его руководством с 1845 г. по 1866 г. были изготовлены нивелир–теодолиты конструкции Э.И. Форша, переносные пассажные инструменты, универсалы точностью 2" и 10«, вертикальный круг Брауэра (отличался легкостью и компактностю). Совместно с другим Пулковским механиком Порта им было создано несколько триангуляционных инструментов; налажено производство точных уровней. В 1875 г. он изготовил первую в России машину для исследования и деления линейных мер. В этой мастерской Пулковской обсерватории работал Г.А. Фрейберг–Кондратьев (1854—1944 ученик Брауэра. Он конструировал малые десятисекундные универсалы, переносные вертикальные круги, зенит–телескопы. Созданный им большой зенит–телескоп в 1904 г. стал одним из первоклассных астрономических приборов, до сих пор считающийся одним из лучших визуальных зенит–телескопов. В 1883 г. Механическое заведение начало выпускать первый отечественный нивелир ВТО–II. Его зрительная труба имела увеличение 40X, фокусное расстояние 381 мм, сетка нитей состояла из 2–х вертикальных и 3–х горизонтальных нитей, уровень нивелира имел цену деления 5»–6". К нивелиру прилагались 3–х метровые рейки с делениями на черной стороне через 1 см, а на красной через 0,02 сажени. Рейки снабжались круглыми уровнями. Вероятнейшая ошибка на 1 км хода оценивалась в 3 мм. 

 В XIX  в. появляются нормальные меры. В 1835 г. издается указ: «Основанием российской линейной меры оставить навсегда сажень в 7 настоящих английских футов с разделением на 3 аршина, каждый 28 дюймов или 16 вершков …» При этом перед выходом указа были изготовлены две образцовые государственные меры длины  «платиновая сажень Купфера» и «железная сажень». Обе сажени хранились в Депо образцовых мер и весов, причем железная сажень являлась основным эталоном (до 1899 г.) для сравнения, в основном торговых мер.

 В течение этого столетия геодезисты применяли 5 нормальных мер: Туаз Фортена (1821), являвшийся копией Перуанского туаза 1735 г.; двойной пулковский туаз, сделанный в Юрьеве (Тарту) в 1827 г.; сажень Теннера, изготовленная в механическом заведении Главного штаба в 1822 г,; двойная сажень Департамента Генерального штаба, изготовленная в 1832 г. в Лондоне механиком Доллондом под руководством Г. Кэтера, и условная сажень. Таким образом, на триангуляционных работах с 1816 по 1910 гг. использовалась сажень пяти различных длин. Естественно, это создавало путаницу и являлось источником невязок при смыкании различных триангуляций.

Развитие европейских триангуляций привело геодезистов к мысли о их соединении в единую сеть. Для этого был необходим единый эталон для сравнения базисных приборов. Международная Берлинская геодезическая конференция в 1867 г. рекомендовала выработать единый метр  прототип  причем метр не концевого типа, а штриховой. В 1872 г. состоялось совещание специальной комиссии, в которую входило 43 представителя от 30 государств. Комиссия выработала положения о создании международного метра  прототипа. Рекомендовался сплав из 10% иридия и 90% платины:поперечник сечения в виде буквы Х. 

Через 3 года была заключена метрическая конвенция 16 государств о новой нормальной мере. Учреждается Международный Комитет мер и весов и Международное бюро мер и весов, работавшее под руководством Комитета. В 1889 г. изготовляется 31 эталон. Эталон N6 стал международным прототипом метра оставлен (вместе с эталоном N13) в Международном бюро. России достались по жребию метры  прототипы N28 и N11.

Метрическая система мер, как известно, была введена в употребление декретом Советской власти в 1918 г., а в 1922 г. было дано указание о полном переходе на эту систему с 1927 г. Но еще ранее метрическая система мер была принята в России законом 4 июня 1899 г. в качестве официальной системы мер и весов наравне с прежней системой. Поэтому единицы линейной меры прежней системы еще продолжали широко использоваться вплоть до 1924 г. В то же время метрическая система мер и весов была признана международной только в 1889 г. 

 В 19 столетии применялись при измерении базисов триангуляции базисные приборы Теннера, Шуберта, Струве и Едерина. Первые три были жезловыми, последний  проволочный. На протяжении XIX  в., до 80–х годов, для измерения первоклассных базисов применялись жезловые приборы. По этой причине базисы выбирались короткими, так как базисные приборы требовали большого объема подготовительных работ, значительного числа обслуживающего персонала и дорогостоящих мерных установок.

 В базисных измерениях в 30–х годах наступил новый этап измерений, на котором концевые меры (жезлы) стали заменяться легкими гибкими штриховыми мерами. Шведский проф. Эдвард Едерин в 1880 г. изобрел прибор для измерения линий, в котором основной частью являлась натянутая под постоянной нагрузкой стальная проволока диаметром 2 мм. К ее концам прикреплялись дециметровой длины шкалы с делениями через 1 мм, а к ним кольца, к которым пристегивались карабины и динамометры.

Серьезные испытания, а затем и признание прибор Едерина получил в России. Так летом 1884 г. Едерин для апробирования своего инструмента приехал в Пулково, имевшее мировую известность и авторитет как научной школы и научного учреждения, способствовавшего постановке высокоточных линейных измерений. В измерении 2–х Пулковских базисов приняли участие известные русские геодезисты В.В. Витковский, Д.Д.Гедеонов, А.Р.Борнсдорф и др. Результаты измерений разочаровали  была получена точность 1: 30 000.

Для повышения точности пошли по пути изготовления новых базисных приборов и компараторов. В процессе измерения базисов стали проводить эталонирование. В 1898 г. Русская Академия наук приняла решение о совместном проведении со Шведской Академией градусных измерений на Шпицбергене. Для этого были специально изготовлены инварные проволоки. Итоги этих работ установили полноценность устройства Едерина как базисного прибора. В конце XIX  в. и в начале XX в. изготовляются новые комплекты базисных приборов, строятся компораторы. Всего этим прибором на территории России было измерено (с 1903 по 1913 гг.) 23 базиса с точностью, достаточной для первоклассных базисных измерений.

2.7. Структура организации геодезических работ и производительность труда.

Выше уже отмечалось, что топографо–геодезические и картографические работы выполняли военное и гражданские ведомства, из которых наибольшие объемы и наиболее значительные работы производили КВТ и корпус межевых топографов (рис.2.7), а также гидрографическое ведомство. Ниже дается структура организации выполнения геодезических работ и элементы производительности труда в двух корпусах  военном и межевом.

Корпус военных топографов. На рис.2.1 приведена общая структура управления в КВТ, а также структура подготовки кадров и выполнения различных геодезических работ. Непосредственную работу по развитию геодезических сетей и картографированию территории осуществляли различные военно–топографические отделы, в том числе центральный отдел Главного штаба. Вычерчиваем и изданием карт с 1867 г. занималось картографическое заведение  см.рис.2.1. Подготовка кадров для КВТ осуществлялась в школе военных топографов (1822 г.) и картографическом училище (1867), а также в ряде военно–топографических училищ. Подготовка высших военных кадров проходила в Академии Генерального штаба. Руководящие должности в военно–топографическом Депо, а также должности начальников триангуляций и съемок занимали преимущественно генералы и офицеры квартирмейстерской части.

Непосредственные полевые работы в военно–топографических отделах осуществлялись по губерниям и регионам подразделениями, руководимыми начальниками триангуляций и съемок.

 В личный состав триангуляции входили: 1) начальник триангуляции с помощником; 2) производители работ с помощниками; 3) секретарь; 4) нижние чины, назначавшиеся ежегодно на время полевых работ от войск по распоряжению главного штаба. Начальник триангуляции приравнивался командиру полка. Производитель работ по триангуляции 1 кл. имел в своем распоряжении команду в 15—18 человек (на триангуляции 2 кл.  10—12 человек).

Существовавший уровень производительности труда и стоимость может быть охарактеризована следующим. О.Сергеев в журнале «Геодезист»(N2,1928 г.) писал, что «На составление и вычерчивание листа 2–верстной карты (1:84000) в дореволюционное время затрачивалось 6—9 месяцев, а в настоящее время 4—5». В том же журнале отмечалось, что в 1914 г., нормы выполнения топографом съемочных работ в летний период определялись объемом в 240 кв. км.; стоимость _ метра. постройки 4–гранного сигнала равнялась 95 р., а 1 м. разборного сигнала –127.2 р. 

 В первой половине XIX  в. в Финляндии на съемках применялись 2 способа: 1)«скорый» (французский)  каждый из 24 офицеров должен был снимать в сутки не менее 20 кв. верст, 2)«подробный» норма на каждого офицера определялась в размере 4 кв. верст в день. При этом в первом случае с 24 офицерами работало 191 рабочий, а во втором, с этими же офицерами–286 рабочих.

 В конце 20–х годов Теннер на базисных измерениях стал применять щиты для защиты от солнца (раньше при солнце делались перерывы в работе). В результате продвиг возрос: вместо 16—19 жезлов стали класть в час в среднем по 22.6 жезла. В итоге из мерение базиса длиною в 10,5 верст Теннер выполнил за 14 дней.

На съемках в Гродненской губернии у начальника съемки Рокасовского с 1827 г. по 1837 г. стоимость 1 кв. версты получилась равной 1 руб. 32.6 коп. серебром (масштаб 1:16800). В Минской губернии в период с 1831 по 1840 г. при масштабе 1:42000 в дюйме (полуинструментальная съемка) стоимость 1 кв. версты получилась равной 66 коп.. У Шуберта стоимость съемки того же масштаба (1 кв. верста) колебалась от 61.5 коп. до 104.4 коп.

 В середине столетия на съемке стали измерять кипрегелем вертикальные углы, а также горизонтальные углы. В результате работы усложнились:съемщик за лето успевал снять один планшет (300 кв. верст), что было вдвое меньше по сравнению с предыдущим этапом.

С 1870 в Финляндии и Бессарабии на съемках начали применять новый способ (измерялись расстояния кипрегелем по рейкам), причем для вычерчивания рельефа в горизонталях набиралось значительное число точек на местности. В результате продвиг работ значительно уменьшился: в Бессарабии за лето один съемщик обрабатывал всего 70 кв. верст, а в Финляндии  вдвое меньше.

Межевой корпус. (Рис.2.7). В период с 1850 по 1867 г. этот корпус имел военное устройство, в остальное время  гражданское. В 1829 г. вторым изданием (исправленным) выходит свод межевых законов, согласно которым государственное управление принадлежит Правительствующему Сенату и Министру Юстиции, действующих посредством управляющего Межевым Корпусом. Последнему подчинялась межевая канцелярия, через которую и через общие губернские и областные установления он осуществлял все работы.

Управление в губерниях и областях межевой частью сосредотачивается в межевых конторах и учреждаемых межевых комиссиях по специальному межеванию. К составу межевого корпуса принадлежат межевые инженеры, топографы, классные гражданские чины (младшие и старшие землемерные помощники), нижние чины  топографы унтер–офицерского звания и не имеющие этого звания.

Межевые партии формировались при межевых конторах (не позднее 15 марта) и состояли из двух землемеров  старшего и младшего. При каждой партии должно было быть три канцелярских служителя из военных чинов (статья 82) по одному унтер–офицеру и по 4 человека рядовых. Старший и младший землемеры в соответствии со статьей 108 должны быть полевыми работами проходить по 160 верст в месяц: один по окружной меже 80 верст, а другой столько же при «снятии ситуации». По каждой обмежеванной даче должны были быть представлены полевой журнал,план, межевая книга, экономический журнал и перечневый табель.

2.8. Образование и подготовка кадров.

 В XIX  в. значимость геодезии как в общем, так и в профессиональном обучении (особенно в военной сфере) возросла.В Западной Европе в 19 столетии сохраняется взгляд на педагогическую целесообразность решения геодезических задач на местности при прохождении геометрии. Поэтому в учебниках по геометрии для народных школ и гимназий сохраняются геодезические разделы, связанные с геометрическими построениями на местности, определением неприступных расстояний и снятием плана местности. Характерны учебники Симашко –«Начальная геометрия» (1863), «Тригонометрия» (1857 г.) и «Руководство к решению геометрических вопросов на местности, к съемке планов и нивелированию» (1854 г.); учебник Зюзюкина Н. «Учебник геометрии и землемерия для учительских семинарий» (Рига, 1875, 120 с.) и др. 

I. Подготовка военных геодезических кадров.

Первые реформы в России в XIX в. как в области управления образованием, так и в подготовке топографов и геодезистов, были проведены прежде всего в военной сфере. При этом было организовано 2 уровня специальной подготовки геодезических кадров: 1/ высший  школа колонновожатых, затем Академия при Главном штабе, а также специальные курсы Ф.Ф.Шуберта, В.Я.Струве  при Дерптской, а затем Пулковской обсерваториях; 2/ средний  топографические школы и училища.

 В XIX  в. резко возросло число военных высших и средних учебных заведений. Во всех военных учебных заведениях, кроме теоретических занятий, проводятся геодезические (топографические) учебные летние практики. В Академии Генерального штаба цикл геодезических дисциплин изначально являлся одним из основных (как до, так и после открытия геодезического отделения).

Девятнадцатое столетие ознаменовалось формированием 1/ общего военно–топографического образования во всех военных учебных заведениях, необходимого для любого офицера, 2/ подготовки военных специалистов разных уровней геодезического и топографического профиля.

До 1863 г. подготовка офицеров в России велась преимущественно в различных кадетских корпусах, а также в специальных учебных заведениях типа школы колонновожатых (см. следующий &), готовившей офицеров для Генерального штаба. С 1863 г. кадетские корпуса были преобразованы в военные училища и гимназии. Высший офицерский состав с 1832г. проходил подготовку при Академии Генерального штаба. Во всех военных учебных заведениях / кадетских корпусах и военных училищах/ значительное место /по времени,по объему знаний/ отводилось топографии. При этом военная топография рассматривалась как: 1/предмет общего образования и 2/ предмет образования специально военного.

До 1836 г. не было единой программы обучения и единых учебников. До 1814 г., вероятно, учебными пособиями служили книги Назарова, Котельникова, и Цицианова, а также учебники Войтяховского, Г. Сарычева. В 1814 г. выходит из печати прекрасная книга известного французского геодезиста Дюпена в отличном переводе Бурнашова  наиболее полное и наиболее современное по тому времени учебное пособие по топографии. Наконец, в 1819 г. издается переводная книга Беллавена, предназначенная для военных школ.

С 1836 г. во всех военных учебных заведениях вводятся единые программы, рассчитанные на 8 лет обучения в 3–х отделах или курсах: 1/ два подготовительных, 2/ четыре общих, 3/ два специальных класса. Вместе с тем не было единого учебного пособия по топографии для такого рода учебных заведений. Только в 1840 г. появляется первое такое специализированное отечественное пособие, затем в 1854 г. выходят еще два. Начиная с восьмидесятых годов, издается значительное число учебников, полностью удовлетворявщих потребностям обучения топографии.

Упорядочение обучения в военных уч.заведениях сводилось к совершенствованию программ (1849, 1852 гг.), составлению различных «Правил»(1839 г.) и «Наставлений»(1848,1852 гг.) для преподавателей по проведению занятий и учебных летних практик.

С начала XIX  в., особенно после 1812 г., когда решено было перейти на топографические съемки, основой которых являлась триангуляция, армия остро нуждалась в офицерах геодезистах и топографах. Квартирмейстерская часть, имевшая незначительное число офицеров, не могла решить проблему комплектования полевых съемочных партий. Когда Теннер в 1819 г. приступил к топографическим съемкам в Виленской губернии, у него из 25 офицеров только 5 знали съемку и процесс черчения планов «по системе Лемана». Притом перед Теннером была поставлена задача  ежегодно возвращать в Главный штаб 5 офицеров, хорошо обученных съемкам.

Отмеченные трудности производства военных съемок привели к тому, что кн. П.М. Волконский, возглавлявший в то время Главный штаб и квартирмейстерскую часть, поручил Ф.Ф. Шуберту разработать проект создания Корпуса военных топографов(КВТ), который был утвержден 28 января 1822 г. В положениях о КВТ было установлено что в корпус имеют право поступать кантонисты военно–сиротских заведений. Нижними чинами КВТ являлись топографы, которым необходимо было знать: грамматику и правописание, географию, арифметику, алгебру(до уравнений 1–степени), геометрию, плоскую тригонометрию, топографическую съемку, чистописание и рисование планов.

Для получения такого рода знаний при корпусе учреждалось училище, состоявшее из двух классов (рис.2.1). За хорошую учебу топографы получали унтер–офицерский галун за отличие. При безупречной службе в течении 12 лет топограф производился в офицерский чин КВТ. Этот срок сокращался до 8 лет при наличии знаний «сферической тригонометрии, теории начертания географических проекций и определения долготы и широты астрономическими наблюдениями», подтвержденными экзаменами.

Топографы подразделялись на 2 класса (1–й класс  высший). Топографам 2 кл. преподавалась стереометрия, алгебра (до уравнений 3–ей степени), логарифмы, тригонометрия и низшая геодезия, география и теория проекций, «чертежи гор с моделей и теория Лемана». Топографы 1 кл. обучались сферической тригонометрии, основам конических сечений, математической географии, высшей геодезии или тригонометрической съемке и др. Летом предусматривалась учебная практика. Экзамены полагались через 6 месяцев, а через год  публичный экзамен, после которого топографам 2 кл. присваивался 1 класс, а топографы 1 кл. производились в офицеры (при успешной сдаче экзамена).

Топографы 1 кл.на последнем году службы(8–й или 12–й год) возвращались в училище для учебы, экзамена и производства в офицеры.

 В 1822 г. на обучении находилось:топографов 1 кл.  20 человек, 2 кл.  17. В 1825 г. был произведен 1–й выпуск офицеров из училища: всего 12 прапорщиков. Следует отметить, что в первый год в КВТ было зачисленно 144 воспитанника военно–сиротских отделений.

 В 1832 г. происходит преобразование Генерального штаба. С этого времени КВТ подчиняется генерал–квартирмейстеру Генерального штаба. По штатам КВТ было положено 70 оберофицеров, 456 топографов, разбитых на 8 рот по номерам и по классам. Петербургская рота имела особое название (рота Военно–топографического Депо) и только она составила школу топографов (1 × 2 кл. всего 120 человек). С 1833 г. в эту роту разрешается принимать по экзамену недорослей из дворян, обер–офицерских детей, детей художников, первых 2–х гильдий купцов первых 2–х гильдий. С 1860 г. в эту роту стали принимать всех лиц имеющих право на военную службу. На офицерское звание, при выпуске из школы, необходимо было сдавать экзамен, на котором «пропускным»числом баллов являлась сумма не менее 175 из 210 баллов (число вопросов соответствовало числу баллов). Срок выслуги для производства в офицерский чин устанавливался для дворян 2 года, для лиц не обязанных рекрутской повинностью–4 года, а для обязанных  6 лет.

За 50 лет деятельности КВТ (до 1872 г.) было покрыто съемками 44 губернии Европейской России, большая часть Кавказа и Финляндии  всего 3/4 Европейской России. В результате было издано 517 листов трехверстной карты (с 1845 г.).

 В 19 столетии (1867 г.) было организовано еще одно училище  картографическое.

Высшая подготовка офицеров армии по геодезической специальности осуществлялась путем посылки их в академические заведения. Так еще в первом десятилетии XIX  в. генерал–квартирмейстер Сухтелен направил в академию к Ф.И.Шуберту офицеров обучаться астрономии и геодезии. Позднее офицеры Генерального штаба и КВТ стали направляться на 2 года для слушания лекций по астрономии и геодезии к В.Я.Струве в Дерпт (а затем в Пулково). После окончания они командировались на тригонометрические съемки.

С 1830 г. учреждается Академия Генерального штаба (занятия начались в 1832 г.), при которой с 1854 г. открывается геодезическое отделение. По положению 1866 г. офицеры, окончившие геодезическое отделение Академии и практический курс Пулковской обсерватории, составили особый разряд офицеров КВТ с наименованием их геодезистами.

 В геодезическом отделении Академии Генерального штаба продолжительность обучения была 4 года: первые два года в стенах академии проходили теоретические курсы, последние два  в Пулковской обсерватории, где изучались практическая астрономия, высшая геодезия с практическими занятиями по исследованию инструментов,триангуляции, нивелированию и измерению базисов. Пулковский курс завершался самостоятельной работой («сочинением»), которая, с заключением руководителя  профессора, представлялась начальнику академии.

Серьезности, глубине подготовки слушателей этого отделения способствовало также и то, что прием в него производился всего один раз в два года в количестве 7—10 человек. Так за 1854 г.—1864 г. на отделение было принято только 32 офицера. Преподавали в академии выдающиеся астрономы и геодезисты: А.Н.Савич (ученик В.Я.Струве)  с 1854 по 1882 гг., Н.Я.Цингер (с 1882 по 1905), В.В.Витковский (с 1905 г.). В Пулково занятия вели В.К.Деллен, И.Е.Кортацци, Ф.Ф.Витман.

II. Подготовка гражданских геодезических кадров.

 В первой половине XIX  в. подготовка геодезистов осуществлялась только по линии Межевого ведомства (межевое училище) и в горном институте в Петербурге. С 1835 г. Константиновское межевое училище реорганизуется в Константиновский межевой институт первоначально с тем же сроком обучения и с несколько изменившейся программой  добавлены были ряд дисциплин, в том числе выделена геодезия (до этого времени обучение геодезии проходило в классах геометрии и тригонометрии).

 В 1835 г. одновременно с преобразованием землемерного училища в институт была открыта при Межевой Канцелярии «школа чертежников», в которую первоначально были взяты 200 кантонистов. В последствии эта школа была названа «Школой межевых топографов».

Ввиду постоянного недостатка межевых специалистов в 1843 г. в 15 губерниях при уездных училищах организуются «дополнительные классы элементарного землемерия», а в Петербурге  «Мариинское межевое училище». Аналогичное училище создается в Москве на базе Сиротского дома. Были открыты также «Землемерные училища» в Пскове,Пензе, Курске, Уфе. В Тифлисе организуется школа Кавказских межевщиков. В училищах было 2 класса с годичным курсом.

 В 1850 г. Межевой Корпус (рис.2.7) получил военное устройство, но с 1867 г. вновь гражданское. Все это определило то состояние, что на межевании работали как военные, так и гражданские чины.

Землемерные училища выпускали межевых техников на должности уездных землемеров. Межевые инженеры (выпускники межевого института) могли иметь чины от прапорщика до генерала, а межевые топографы  от прапорщика до капитана.

По аналогии с обучением топографов при Военно–топографическом Депо при межевом корпусе существовала школа межевых топографов (для лиц, не имеющих офицерского чина). Межевые топографы формировались в 2 роты (100—120 чел.), а по знаниям делились на 3 класса. В межевые топографы принимали детей дворян, художников, купцов, чертежников, землемеров и кантонистов. Устройство и организация школы межевых топографов было военным.

 В 1856 г. в России насчитывалось 1419 землемеров, а в 1911 г. уже более 7 700 человек. В 1913 г. кадры землемеров по землеустройству насчитывали 5.5 тыс. человек, причем из них было 35 межевых инженеров, 2600 окончивших землемерные училища, таксаторов и лесных кондукторов, окончивших годичные курсы. Для сравнения можно отметить, что в 1912 г. в Германии было зарегистрировано 6 080 землемеров (1 землемер на 100 кв. километров и 10800 жителей).

Следует отметить, что основную массу профессиональных рабочих топографов и землемеров в первой половине столетия получали за счет военно–сиротских заведений и кантонистов, оканчивавших специальные школы в воинских частях. В этих школах предусматривалось начальное геометрическое образование, основу которого составляла элементарная практическая геометрия.

Значительные объемы съемочных работ в рассматриваемый период выполнялись морскими офицерами  воспитанниками Морского кадетского корпуса.

Во 2–й половине XIX  в. с упорядочением учебных заведений, учебных программ и планов, формируется методология обучения. Нарастающим потоком издается разнообразная учебная и научная геодезическая литература. Наибольшее распространение среди них получили многократно издававшиеся курсы топографии Беликова С.П., Витковского В.В., Маккавеева А.Ф. и Данилевского А.А., Высоцкого В.С., Зыбина И. и др. В этот период вышли курсы по высшей геодезии Н.А. Богуславского, В.В. Витковского, Д.Д. Гедеонова, А.М. Жданова, М.Ф. Хандрикова, Ф.А. Слудского, Н.Я.
Цингера, а также переводные В. Иордана и А. Кларка.

 В 19 столетии организуются различные «инженерные» институты: путей сообщения, сельскохозяйственный /Москва/, гражданских инженеров /Петербург/, политехнических /Киев/, лесной и др. Во всех этих институтах читаются различные курсы низшей геодезии, организуются летние геодезические практики. Естественно, что издаются учебники по низшей геодезии разной направленности и уровня. Особенно их число возрастает на рубеже двух столетий. Наибольшее распространение получили многократно переиздававшиеся курсы Андреева П.Н, Артамонова Н.Д, Бика А.Н, Болотова А.П, Богуславского Н.А, Пославского М.А, Соколова А.П. и Соловьева С.М.

Франко–прусская война 1870 г. открыла новую сторону значимости топографической карты: она становится необходимой не только при маневрировании войск, но и для устройства позиций, для обеспечения стрельб нарезным оружием и из дальнобойных пушек. В результате в военно–учебных заведениях стали уделять значительно большое внимание курсу топографии.

 В XIX  в. впервые появляется большая группа специалистов, занимавшихся научными исследованиями. Если в I–й половине 19 столетия можно было по пальцам пересчитать геодезистов, научные исследования и педагогика для которых была основной сферой деятельности,то во 2–й половине XIX  в. число представителей этой группы заметно возросло. Естественно, это положительно сказалось на подготовке кадров высшей квалификации. Вместе с тем при возросших объемах работ и потребностей в сфере данной профессии специалистов все же не хватало.

2.9. Московское учебное заведение для колонновожатых.

Одну из блестящих страниц отечественной истории составляют события, связанные с Московским учебным заведением для колонновожатых, именуемым иногда для краткости школой или училищем колонновожатых. Выпускники этого заведения внесли большой вклад в общественное, декабристское движение и предопределили крупные успехи геодезии в 19–м столетии. В XIX  в. отмечается проблема подготовки военных геодезических кадров. Еще начиная с XVIII в. в ее решении принимало участие Академия наук(Делиль, Эйлер, Ломоносов, Иноходцев, Ф.И.Шуберт). В 1796 г. вместо Генерального штаба учреждается «Свита Его Императорского Величества по квартирмейстерской части»(33 офицера и 4 колонновожатых), а с 1797 г. Депо Карт, ставшие с 1812 г. Военно–топографическим Депо (впоследствии Военно–топографический отдел Главного штаба).

К концу XYIII  в. начались систематические государственные съемки, выполнявшиеся Генеральным штабом, а затем квартирмейстерской частью и Депо карт. Но расширение топографических работ не подкреплялось организацией специализированных школ. Поэтому квартирмейстерская часть пополнялась офицерами из лучших воспитанников кадетских корпусов:Сухопутного/1731/, Инженерного/1762/, Морского/1715, 1752/, а позднее Финляндского/1812/, Пажеского/1802/, а также Царскосельского лицея–1811. Но офицерам часто не хватало математических, геодезических и астрономических знаний. Позднее в этих же целях организуется в Могилеве при штабе 1–й армии двухклассное офицерское училище, до 1830г. пополнявшее кадры квартирмейстерской части. Настоятельная потребность в специальном геодезическом образовании существовала еще и потому, что геодезия в то время являлась основой профессионального и общего образования.

К концу XVIIIв. создается служба колонновожатых  юнкеров, готовившихся в Свиту ЕИВ по квартирмейстерской части. Во всех районах, где велись обширные топографические съемки принимали участие колонновожатые. Их производство в офицеры проходило после экзаменов.

И тем не менее проблема кадров не находила своего решения.После учреждения «Свиты» генерал–квартирмейстер /с 1797г./ А.А.Аракчеев /1780—1846/ужесточил требования к точности геодезических и топографических работ. С 1801 г. генерал–квартирмейстером /по 1810 г./ и руководителем Депо карт становится П.К.Сухтелен*, который приложил большие усилия к привлечению в квартирмейстерскую часть образованных и способных офицеров. Ему приписывают честь «основателя правильных съемок». Для этого потребовались астрономы и геодезисты. Поэтому в 1802 г. он нап
равил к академику Ф.И.Шуберту первую группу офицеров: полковника Довре, майора Фридереция, капитана Нейдгарда, поручиков Теслевых /двое/, Гартинга, Теннера и Иванова.

* В 1826 г. генерал–квартирмейстером был назначен его сын П.П.Сухтелен,герой 1812 г., чей портрет находится в Зимнем дворце в галлерее героев. Кстати он начинал свою службу колонновожатым. При П.К.Сухтелене Управление Депо карт стало привелигерованным  военные имели нашивки как у лейб–гвардии.

Началу создания Московской школы колонновожатых положило в 1810 г. «Общество любителей математических наук», организованное по инициативе четырнадцатилетнего студента Московского университета М.Н.Муравьева /1796—1866/. Президентом общества был избран отставной подполковник Н.Н.Муравьев  отец /1768—1840/, высокообразованный и опытный в этой области человек, получивший 4–летнее образование в Страсбургском университете, изучавший военные науки во Франции, прошедший военную службу во флоте и армии и принимавший участие в сражениях. Математическое общество получило официальное утверждение в апреле 1811 г. 

Для распространения математических знаний «Общества» сначало планировало переводы трудов Лапласа, Лагранжа, Эйлера и др.. Н.Н.Муравьев предложил вместо печатания книг просветительскую деятельность в подготовке молодых людей для понимания ими трудов знаменитых математиков. Это предложение было принято и на дому Н.Н.Муравьева стали бесплатно читать лекции: по «чистой и прикладной математике» Щепкин и Ф.И.Чумаков, по аналитической геометрии  М.Н.Муравьев, а по военным наукам, применительно к квартирмейстерской части, всю лекционную деятельность проводил сам Н.Н.Муравьев; он же вел обучение геодезическим работам и топографическим съемкам в летнее время.

К этому времени два старших сына Н.Н.Муравьева /Николай  в будущем Муравьев–Карский и Александр  в будущем декабрист/ уже были офицерами квартирмейстерской части. Их образованием занимался отец. Вскоре М.Н.Муравьев был принят в колонновожатые и произведен в офицеры (27.01.1812 г.). Более того он был назначен экзаменатором при штабе. Были также произведены в прапорщики ученики Н.Н.Муравьева братья Василий /1811/ и Лев /1812/ Перовские. Второй из них впоследствии стал крупным государственным деятелем.

Война 1812 г. прервала учебу. Президент общества и его ученики ушли защищать отечество: Н.Н.Муравьев  в ополчение с чином полковника, начальником штаба в корпусе графа П.А.Толстого; часть его учеников без экзаменов была зачислена прапорщиками по квартирмейстерской части /в их числе И.Г.Бурцев, кн. В.С.Голицин, братья М.П. и П.И. Колошины, Филиппович, Юрьев, Кек и др./. Все они участвовали и отличились в сражениях. Н.Н.Муравьев в военных действиях показал храбрость и был награжден золотой саблей.

После войны Н.Н.Муравьев ушел в отставку и вновь у себя на дому в Москве в 1815 г. возобновил лекции по математике и военным наукам. Узнав об этом, кн.П.М.Волконский исходатайствовал разрешение на зачисление учеников /по аттестации Н.Н.Муравьева/ на службу колонновожатыми, а затем по его же представлению производить в офицеры по квартирмейстерской части. И в том же 1815 г. производится набор в колонновожатые.

 В 1816 г. в Москву прибыл император и П.М.Волконский назначил колонновожатым выпускные офицерские экзамены, прошедшие блестяще в его присутствии. В результате в этом же году школа Н.Н.Муравьева получила по указу официальный статус и стала называться «Московское учебное заведение для колонновожатых», а сам Н.Н.Муравьев был вновь принят на службу в звании генерал–майора. По утвержденному положению учеников заведения зачисляли на службу колонновожатыми, а после завершения обучения и успешной сдачи экзаменов их производили в офицеры по квартирмейстерской части  прапорщиками.

Учебное заведение состояло из 4–х классов, продолжительность каждого была рассчитана на 4 месяца. Допускалась досрочная сдача экзаменов при успешном обучении. Программа обучения в низших 4 × 3 классах включала в себя алгебру, геометрию, черчение планов, географию, фортификацию и др. Во 2–м классе, кроме всего прочего, изучались черчение и рисование планов, «правила малой и средней съемки», геодезические инструменты; в 1–м классе  геодезия, правила большой съемки.

Учебников не было. На руки колонновожатым выдавались подробные программы, от которых преподаватели не имели права отступать. В 1814 г. в Петербурге издается книга Дюпен де–Монтесона: «Искусство снимания мест», а в 1819 г. Н.Н.Муравьевым издается в Москве курс Ж.Беллавена «Курс фортификации» в переводе прапорщика П.И.Колошина, его бывшего ученика*.

*С 1817 г. он преподавал в этом заведении и был помощником Н.Н.Муравьева. С 1823 г. по 1824 г., когда школа колонновожатых была переведена в Петербург, стал заместителем его нового директора А.И.Хатова.

Наконец, в том же 1819 г. переводится фундаментальный труд Беллавена /с дополнениями проф. Ф.Чумакова/ «Курс математики», предназначавшийся для военных школ и имевший специальные главы по нивелированию, съемкам, инстументам, составлению карт.

Анализ программы, составленной Н.Н.Муравьевым и утвержденной управляющим квартирмейстером частью П.М.Волконским, дает представление о высоком уровне математической и топографо  геодезической подготовке колонновожатых. Изучались базисные, угловые измерения в триангуляции /несколько разрядов/, съемка, составление карт, проекции. Разделы высшей геодезии включали в себя и сфероидическую геодезию: вывод формулы Лежандра в решении сфероидических треугольников. В разделах, связанных с угловыми измерениями и инструментами, требовалось, например, знание вывода формул поправок за эксцентриситет зрительной трубы в повторительном круге, приведении угловых измерений к центрам знаков.

С весны колонновожатые проходили практику в Московской губернии, располагаясь в деревнях Н.Н.Муравьева  Долголядье и Осташево /а также в Александровском/, где вначале учились съемке и «фронту», а с конца мая разъезжались для осуществления тригонометрических /триангуляционных/ и топографических съемок. Выполнялись съемки трех родов: большая, средняя и малая, при этом первые две заключались в развитии тригонометрической сети с использованием повторительного круга Борда и теодолита, а малая  в топографических съемках с помощью малой астролябии и планшета.

Учащиеся разбивались на партии по 2—3 человека на инструмент, а 2—3 партии подчинялись одному офицеру. Каждая партия за лето должна была снять 200—300 кв. верст местности в масштабе 1:8400 или 1:21000. По воспоминаниям Н.В.Басаргина в каждую партию входило 20—25 «низших чинов» /из артиллерийской бригады/ для переноски цепей, кольев, инструментов. Полевые работы завершались 15 сентября  все возвращались в Долголядье. Выпускные экзамены обычно проходили в январе, а в феврале выходил приказ о производстве в офицеры.

За 5 лет училищем была снята почти половина Московской губернии. По данным Ф.Ф.Шуберта, с 1818—1823 гг. школою Муравьева было снято 7 уездов: Волоколамский, Можайский, Верейский, Рузский, Звенигородский, Подольский, Московский и Климский /частично/  около 12000 кв. верст.

 В архивах ЦГВИА /Ф. 911/ по училищу колонновожатых содержатся интересные материалы, отображающие жизнь училища в Москве и на полевых работах. В школе обращалось большое внимание воспитанию нравственности, любви к труду, патриотизму  их возили на Бородинское поле. Только эти черты характера и знания являлись критериями каждого в училище. За проступки же следовало незамедлительное наказание вплоть до перевода в армейские части
рядовыми или унтер–офицерами. Как известно, учебное заведение Муравьева закончило 138 человек, а поступило в него 180. Следовательно, был отчислен за разные проступки или по каким–либо обстоятельствам почти каждый четвертый. От того был так высок авторитет этого заведения. Вместе с тем обиженные высокопоставленные лица иногда жаловались на Н.Н.Муравьева за отчисление их родственников.

Общий уровень подготовки в заведении был очень высоким, несмотря на сравнительно краткий срок обучения. В него принимались дворяне не моложе 16 лет, по экзамену. Состав учащихся подтверждает, что это было одно из самых привилегированных заведений. Высокий профессиональный уровень подготовки обеспечил кадрами верхний эшелон квартирмейстерской части на многие годы, хотя само учебное заведение было расформированно Николаем I при восшествии его на престол.

С 15.01.1819 в школу колонновожатых направляются кантонисты. В 1821г. из 20 кантонистов, обучавшихся в Московском учебном заведении «топографическим съемкам и рисованию планов», 11 человек были переведены в топографы 1 разряда, а 7–в топографы 2 разряда. При этом для них были организованы соответствующие классы. Среди этих топографов учился Мамонтов, впоследствии ставший полковником и преподавателем высшей геодезии и черчения в Константиновском межевом институте.

 В 1820 г. при учебном заведении учереждаются офицерские классы. В них проходили высшую математику, астрономию, высшую геодезию и краткую военную историю. В том же году состоялся набор /в основном, бывших ее выпускников/, а уже в 1821 г.  экзамены и производство 9 человек в подпоручики.

Таким образом, учебное заведение все более расширяло свою деятельность. Только резкое ухудшение состояния здоровья Н. Н. Муравьева и его финансовых дел привело к необходимости перевода училища в 1823 г. в Петербург, где его новым директором стал А. И. Хатов. В столице училище дало всего 2 выпуска  в 1824 × 1825 гг ., а также частично в 1826 г. при его закрытии. Причина последнего, как считают, широкое участие выпускников заведения в декабристском движении. И тем не менее  почему именно училище колонновожатых было закрыто ? Если даже его выпускники входили в кружки организаторов тайных обществ и составляли их главную силу, если даже училище было одним / и пожалуй главным / из 3–х учебных заведений /Московский университет и Царскосельский лицей/ источником декабристских событий, тем не менее почему закрыли только учебное заведение колонновожатых? Ведь к этому времени оно уже было переведено в Петербург и лишилось свободолюбивых Муравьевских корней. В этом загадка.

На всю жизнь большинство выпускников Московского учебного заведения для колонновожатых сохранило преданность своей профессии (или тому, что оно символизировало), патриотизм, активную и инициативную жизнедеятельность на благо своего отечества. На протяжении I–й половины XIX века и в начале 2–й выпускники Муравьевской школы принимали участие или руководили геодезическими и топографическими работами во многих регионах страны, занимались исследованиями, обучением и воспитанием новых кадров. В 1845 г. было создано Русское Географическое общество / РГО /, курировавшееся царской фамилией  его председателем был великий князь Константин Николаевич. Это общество стояло у истоков знаменательных начинаний в России, организации научных экспедиций, фундаментальных исследований в области географии, геодезии и астрономии. В руководстве этим обществом и его членами состояли многие выпускники школы колонновожатых: М. Н. Муравьев, Ф. П. Вронченко, А.П. Болотов, Л.А. Перовский, П.И. Колошин, Н.В. Путята, П.А. Тучков, В.К. Ливен и другие. Кстати, М.Н. Муравьев был вице  президентом РГО.

 В работе отмечено: «Это замечательное учреждение, существовавшее частными средствами / на содержании у Н. Н. Муравьева Тет. /, было одним из лучших выражений того общественного духа, который пробуждается в русском обществе времен Александра. Оно доставляло своим воспитанникам основательные знания и вместе идеальную любовь к отечеству и ревностное желание служить его благу. Характер времени увлек потом многих из них в тревожные волнения тайных обществ» .

Из учебного заведения для колонновожатых вышли известные геодезисты. Его выпускник Павел Алексеевич Тучков впоследствии стал начальником Корпуса военных топографов; причастный к этому заведению Михаил Николаевич Муравьев был управляющим Межевого корпуса, занимал министерские посты в правительстве; Михаил Павлович Вронченко  один из наиболее широко известных руководителей топографо  геодезических работ и переводчиков Шекспира, Гете и Мицкевича; Лев Александрович Перовский  занимал высокие государственные посты, в том числе был министром; наконец, Алексей Павлович Болотов  создатель геодезии нового времени. С фундаментальных и блестящих трудов Болотова геодезия приобрела вид, сохранившийся до середины 20  го века .

Но, пожалуй, главное значение учебного заведния для колонновожатых  это формирование «декабристского духа» в своих воспитанниках. М. В. Нечкина писала,  что учебные заведения, откуда вышли будущие декабристы, являлись своего рода центрами вольнодумства в стране. Наибольшее число декабристов вышло из Московского университета, из Московского учебного заведения для колонновожатых и Царскосельского лицея. Но из них только училище для колонновожатых постигла жестокая кара  только оно было расформировано как неблагонадежное в политическом отношении. Этот исключительный акт в полной мере характеризует ту роль, которую сыграло это заведение в декабристском движении.

Из этого заведения, по данным Н. Чулкова, вышло 23 декабриста: 1) И.В.Аврамов ,2) Н.В.Басаргин ,3) Н.С.Бобрищев  Пушкин ,4) П.С.Бобрищев  Пушкин ,5) Н.А.Загорецкий, 6) Н.Ф.Заикин, 7) В.П. Зубков, 8) Петр И.Колошин, 9) А.О.Корнилович,10) Н.А.Крюков, 11) Н.П.Крюков, 12) В.Н.Лихарев, 13) А.З. Муравьев, 14) П.А.Муханов, 15) В.А. Перовский, 16) П.П. Титов, 17) А.А.Тучков ,18) бар. А.И. Черкасов, 19)граф З.Г.Чернышев ,20) А.В. Шереметов, а также С. И. Муравьев  Апостол, граф В. А. Мусин  Пушкин и Павел Колошин ,прослушавшие в этом заведении отдельные курсы (математики, фортификации и геодезии). К отмеченным декабристам М. В. Нечкина добавляет еще Льва Перовского. Таким образом, имеем 24 человека .Это число получило распрастранение в печатной литературе. Но на самом деле декабристов, обучавшихся в этом заведении, было больше.

 В дополнение к отмеченному списку декабристов, прошедших муравьевскую школу, следует добавить еще 6 человек. В работе «Дела Следственной комиссии о злоумышленных обществах. Алфавит декабристов .» Перечислены также кн. Э.А. Белосельский  Белозерский, Н.В.Путята, И.Ф.Юрасов, И.Г. Бурцев, Н.И.Филиппович, Юрьев  все выпускники школы колонновожатых. При этом первые трое значаться в списках, окончивших это училище в 1820 г. и 1822 г., а последние 3 офицера отмечены Н.В.Путятой среди учеников Н. Н. Муравьева как члены Общества математиков, ушедшие с ним в 1812 г. на службу в армию. Наконец, к этому благородному списку следует добавить Е. Е. Лачинова, окончившего учебное заведение для колонновожатых в 1818 г .

Есть еще 4 выпускника школы колонновожатых (Татаринов, Рахманов, Раевский и Каменский), чьи фамилии значаться в «Алфавите». В коментариях к «Алфавиту» встречаются факты, подтверждающие предположение, что отмеченные 4 фамилии принадлежат одним и тем же лицам.

Таким образом, почти 20 процентов всех, прошедших через Мувавьевскую школу колонновожатых, оказались, в той или иной мере, в рядах декабристкого движения. Какова же должна была быть атмосфера в этом учебном заведении, чтобы оно из–за неблагонадежности было закрыто?

Следует отметить ,что инициатива создания первоначальных тайных обществ принадлежала узкому кругу лиц, в котором основную роль играли выходцы из семьи Муравьевых. Основателем «Союза спасения» считается, в числе других, Александр Николаевич .Муравьев, а основателями «Союза благоденствия» являются братья А .Н. и М. Н. Муравьевы, С. И. и М. И. Муравьевы  Апостолы, а также др. Вероятно, ввиду этих причин некоторые ученые /Автократова М. И. и Буганов В. И./ считают, что у истоков декабристского движения стоял основатель школы колонновожатых генерал Н. Н. Муравьев  «вольнодумец и вольнолюбитель», герой отечественной войны 1812 г .

 В работе отмечается 4 характерные особенности, отражающие «дух» училища колонновожатых: «Широкий диапозон культурных интересов, высокий культ товарищества, поощрение самостоятельности и чувство равенства».

 В полной мере атмосфера, царившая среди колонновожатых, передана в «Записках» декабриста Н. В. Басаргина: «Без преувеличения можно сказать, что все вышедшие из этого заведения молодые люди отличались  особенно в то время  не только своим образованием, своим усердием к службе и ревностным исполнением своих обязанностей, но и прямотою, честностью своего характера … Все они честно шли по тому пути, который выпал на долю каждого, и с достоинством сохранили то, что было посеяно и развито в них в юношеские их лета». Среди причин, толкнувших его в тайное общество, Н. В .Басаргин отметил воздействие училица: «Зараженный духом свободомыслия, господствовавшего тогда в России, воспитанный в заведении, где вкоренились в меня сии чувства, я помышлял о водворении свободного правления … В 1819 г., будучи на съемках в Московской губернии мне случалось стоять в деревне у одного помещика, коего обращение с крестьянами дало мне первую мысль или, лучше сказать, желание сделать их свободными» .

2.10 Некоторые замечания по учебникам и терминологии.

Всю учебную литературу, выходившую в XIX в., можно разделить на несколько групп: 1) топографическую  для военных учебных заведений, 2) по высшей геодезии  для военных (Академия) и гражданских (Межевой институт) высших учебных заведений, 3) по низшей геодезии  для специализированных высших и средних учебных заведений, 4) типа «практической геометрии»  для различных училищ и общеобразовательных учебных заведений.

С другой стороны всю издававшуюся отечественную учебную литературу можно также разделить по времени: до появления в 1836—1837 г.г. 2–х частей «Геодезии» Болотова А.П. и после их выхода .

 В деле подготовки кадров, в геодезическом образовании, в учебной литературе в 30–х годах произошло знаменательное явление, оказавшее несомненное влияние на все стороны геодезической деятельности. В 1836 × 1837 г.г. выходят из печати 2  е части книги А.П.Болотова «Геодезия или Руководство к исследованию общего вида земли, построению карт и производству тригонометрических и топографических съемок и нивелировок».

При присуждении этим книгам премии Демидова В.Я.Стрвуве (давший отзыв) в своем выступлении заявил: «Работа Болотова богаче французской геодезии и отличается от немецкой геодезии подробностью и математической точностью. Работа представляет значительное явление в литературе по геодезии» .

 В отчете Военной академии за 1837/38 учебный год было сказано, что Руководство «… по всей справедливости не только может считаться лучшим сочинением по сей части на отечественном языке, но не уступает полнотою и отчетливостью никакому из иностранных геодезических сочинений».

 В 1845 г. и 1849 г. вышло второе издание этих книг значительно переработанное и дополненное ,но уже под названием «Курс высшей и низшей геодезии». Немного ранее (1842 г .) у Болотова А.П. появилась еще одна книга (в 1856 г. была переиздана). Эта работа пользовалась большой популярностью у землемеров, лесников, ее применяли «руководители межевых училищ, а также помещики» .

С изданием монографии А.П.Болотова в отечественную геодезическую литературу вошло деление всей геодезии на высшую и низшую. Само это деление сохранило свою силу на все последующее столетие. Описанное распределение всех видов геодезических работ между этими дисциплинами практически соответствует сегодняшнему. А.П.Болотов определял высшую геодезию следующим образом: «Геодезия в нынешнем своем состоянии, имеет целью исследование общего вида земной поверхности и изображение ее на бумаге. Она разделяется на Высшую или, собственно так называемую Геодезию и на Низшую или Топографию. Высшая геодезия занимается определением положения главнейших точек значительно большой страны, принимая во внимание общую кривизну земной поверхности». Ее цели: «исследование общего вида и величины Земли, и 2) составление изображений значительного пространства земной поверхности, т. е. карт разного вида».

Установленная А.П.Болотовым структура геодезии и данное им определение ее двух частей (высшей и низшей геодезии), а также некоторые принципы методологии стали определяющими почти на 100 последующих лет. Сохранилась до настоящего времени и заложенная в определении некоторая двойственность в понимании геодезии и топографии.Термины «высшая геодезия», «низшая геодезия», существовали до Болотова. Он писал: «Вторая часть Общей Геодезии названа мною Высшею Геодезиею, для отличия от топографической съемки, которую многие писатели называют Низшею Геодезиею». Под многими писателями А.П.Болтов, вероятно, подразумевает зарубежных и, прежде всего, немецких писателей  геодезистов .

 В начале XIX  в.в перечне дисциплин в учебных заведениях встречается высшая геодезия. В частности, в проекте создания КВТ (1822 г.) в списке дисциплин, которые должны были изучать топографы, значатся низшая и высшая геодезия. Гаусс вносит понятие высшей геодезии в заголовки своих статей.

 В западных странах, по данным А.Апухтина, используют словосочетание «геодезия, картография и топография» .Относительно Пруссии он отмечал значительную общность в образовании с Россией; использование в Пруссии и немецко  язычных странах подобных терминов, что и в России; на немецком языке встречаются книги как по высшей (hoheren), так и по низшей (niederen) геодезии.

2.11 Основные достижения в отечественной геодезии в XIX в.

 

Для отечественной геодезии девятнадцатое столетие было богато знаменательными событиями и достижениями. За один век геодезия в России совершила скачек в научном плане от «практической геометрии», традиционной для XVI и XVII вв., к геодезии как научной системе. В XIX  в. выполнены громадные объемы высокоточных работ, произведена съемка территории в трехверстном и десятиверстном масштабах и многое другое. В этом столетии осуществлены значительные по объему градусные измерения, составлены выдающиеся картографические произведения, использовавшиеся еще в первой половине 20 столетия. Наконец, в XIX в. сложилась методология написания учебников по двум главным разделам геодезии, основу которой заложил А.П.Болотов.

Особенно поражают объема разнообразных геодезических работ, выполненных в XIX в. Применительно к громадной территории России ни одна страна в мире не выполняла работы с такими количественными показателями. Вместе с тем технология высокоточных и технических геодезических работ ни в чем не уступала западно–европейским. Это столетие богато славными именами выдающихся геодезистов, оставившими заметный след в истории геодезии России. Их имена были упомянуты перечислены выше.

Несмотря на определенные трудности в финансировании геодезических работ, к концу XIX  в. по методам измерений, инструментам, организации и объемам работ, научной базе геодезия России вышла не передовые позиции в мире. В это время появляется значительное число научных журналов. Издаются современные, по тому времени, учебники, популярные книги и даже книги по истории геодезии; в среде геодезистов выдвигаются выдающиеся люди, выполняются с научными целями ряд измерений (Дуга Струве), материалы которых использовались Западно–европейскими учеными. Двухтомный труд В.Я.Струве «Дуга меридиана» представляет собою одно из важнейших научных пособий по высшей геодезии, изучавшейся многими поколениями русских геодезистов.

Научное развитие геодезических работ обеспечивалось, кроме специалистов КВТ, также научными работниками Московского Межевго Института, Академии наук, Пулковской обсерватории, Географического общества, Русского Астрономического общества. Значительный вклад в русскую геодезическую науку внесли такие ученые специалисты, как А.П.Болотов, К.И.Деллен, К.Х.Рейссиг, В.Я.Струве, О.В.Струве, К.И.Теннер, И.И.Ходзько, Ф.Ф.Шуберт, Ф.И.Шуберт, В.В.Витковский, Д.Д.Гедеонов, И.А.Иверонов, И.И.Померанцев, С.Д.Рыльке, А.А.Тилло, В.К.Вишневский, А.Н.Савич, Н.Я.Цингер, И.И.Стебницкий, М.В.Певцов, А.Н.Бик и многие другие.

Ваш комментарий
Текст:
Email:
    
  
Пароль:
 
Имя:
Откуда вы:
Москва, Раменское, Васюки, …
За неделю: 20